
Ямальские ненцы освоили северные края еще задолго до того, как в те места пришли газодобытчики. Они изучали и приживались в тундре во времена, когда о нефти в тех местах никто не знал. На дворе 21 век, газом и нефтью уже никого не удивишь, а вот кочевничество стало чем-то диковинным и неизвестным, но только не для самих кочевников. Их жизнь практически не изменилась. По сей день они кочуют по бескрайним снегам и чтят свои традиции.

О СЕМЬЕ И ОБРАЗЕ ЖИЗНИ
Корреспонденту «КП-Ямал» Евгений Худи рассказал, что кочует уже много лет. Тем не менее, его кочевнический образ жизни не помешал создать большую и крепкую семью и посвятить себя творчеству.
– Я в браке уже больше 30 лет. У меня пятеро детей: три сына, две дочери. Старший – ветеринар, средний работает в администрации, а младший – спасатель. А касательно дочек, младшая еще учится в десятом классе, а старшая уже юрист. Жена работает помощником воспитателя, – делится кочевник.
Несмотря на то, что все трудятся на благо общества, они поддерживают отца и помогают в его нелегком деле. По словам Евгения Худи, подобный образ жизни затягивает. Причем не только коренных жителей Ямала, но и приезжих.
– У меня был товарищ, который приехал из Сочи на север, устроился зоотехником. Он русский, но женился на ненке. Оленей развел, довольно большое стадо. Его все это затянуло. Дети у него сейчас живут в тундре, – делится ямальский кочевник.

Есть и еще одна особенность, которая присутствует в жизни не только у кочевников, но и гостей региона.
– Кочевники едят оленье мясо, да и в принципе многие ямальцы. Мы едим, как вареное и жареное, так и сырое. Вообще все, кто приезжает на север, едят оленину, – смеется Евгений.
Как и у любого настоящего кочевника, у Евгения Худи есть свой чум, но есть и дом, где он живет со своей семьей.
– Я живу в трехэтажном доме, но в тундре у меня есть чум. В любое время могу его поставить. Мы кочевники и это у нас в крови! Нас тянет в тундру, на природу. Забыться от всего, посидеть возле озера, погулять по чистому полю, – продолжает говорить Ким.

ПРО ХОЛОД И ВЕРНЫХ ДРУЗЕЙ
Ни холод, ни пронизывающий ветер - не преграда для уединения с природой.
– Кочевники холодов не чувствуют, это наша стихия! Я не знаю, что такое холод. Это когда живешь в обычном доме, например, прорвало трубу или дует из окна и ты такой «ой, холодно!», а в тундре такого нету, – пояснил кочевник.
У каждого кочевника есть верные друзья – олени. Они, к слову, не прихотливы и довольно преданны.
– У меня есть свои олени. Они вольные животные, как такового ухода не требуют. Плюс они травоядные. Единственное, что их нужно пасти. И если пастбище ухудшилось, просто переходишь на другое место и все. Человек, допустим, остановился в одном месте. Удочку забросил, обустроился, а олень такой «тут есть больше нечего, пошли дальше» и человек за ним идет, потому и называют нас кочевниками. Мы с ними кочуем из одного места в другое, – делится ямальский кочевник.
Помимо этого, олени, по словам кочевника, привыкают к хозяину. Некоторые даже не против человеческих объятий, тепла и кусочка хлеба из рук лидера стаи.

О ТВОРЧЕСТВЕ И ПЛАНАХ
К слову, Евгений Худи не только кочевник, но и творческий человек. Он автор стихотворений и рассказов о жизни оленеводов Ямала, а также исполнитель произведений ненецкого устного народного творчества. Кроме того, он сыграл роль в первом художественном фильме на ненецком языке «Белый ягель» и стал автором и исполнителем двух песен в этой картине. Также он один из первых ненцев, кто вошел в картотеку студии «Мосфильм».
Ставить крест на творчестве кочевник не планирует, в его планах новые проекты, которые он хочет реализовать и показать людям.
– Хочу снять несколько короткометражных фильмов про жизнь в тундре. Хочу снять веселые моменты. Очень много грустного у нас. Например то, что родной язык уходит в прошлое. Коверкается речь, появляются не те акценты, уходят привычные слова. А мне хочется на позитиве акцентировать внимание, – добавил Худи.

ТРУДНОСТИ И ПРАВИЛА
Природа закаляет не только здоровье, но и дух. Евгений Худи поделился, что кочевники никогда не говорят о том, что им трудно. Хотя, конечно, трудности и у них бывают. Просто смотрят на все это они по-другому.
– Как бы не было трудно оленеводу, живущему в тундре, он никогда не скажет, что ему тяжело. От них невозможно услышать «ой, нам трудно: олени разбегаются, делают, что-то не то». Конечно, бывает, что олени уходят, но это значит, что хозяин сам не уследил. За ними нужен глаз да глаз. Это природа, в ней другие правила и ты не можешь сказать, что тебе тяжело!, – комментирует кочевник.
Сам же ямальский кочевник не только смотрит на трудности иначе, но и придерживается определенных правил.
– У меня есть три правила: не воровать, не врать и помогать слабому. Я не люблю, когда мне говорят «подожди, я тебе перезвоню!» и не перезванивают. Сам не вру и ложь от других не переношу. А когда человек о помощи просит, я всегда помогаю. Делаю то, что в моих силах. И про воровать вообще молчу! Для меня это недопустимо. У меня и дети так воспитаны, – рассказывает Евгений Худи.
А вот быть непоколебимым, смелым и непробиваемым для нечистой силы, кочевникам помогают обереги. Они дают им силу и защищают от злых духов.
– Некоторые носят обереги из клыков белых медведей. Когда есть оберег, то ты уже никого и ничего не боишься. Куда бы ты не поехал или не пошел, ощущаешь, что ты под защитой и страх тебе неведом, – говорит кочевник.
НОВЫЙ ГОД ПО-НЕНЕЦКИ
В преддверии предстоящего праздника, конечно, не обошлось и без вопросов про Новый год. Евгений Худи отметил, что традиционного 31 декабря у них нет, но зато есть целых два других.
– Настоящие ненцы как такового Нового года не отмечают. Это только сейчас 31 декабря стали праздновать. А настоящий Новый год у нас приходит, когда выпадает первый снег. Есть еще и второй Новый год – это когда рождается первый теленок или когда появляются первые проталины, – подытожил рассказ Евгений Худи.