2019-10-25T16:25:02+03:00

«Трамвайный звонок – как Победа»: Как в блокадном Ленинграде запустили трамваи

Для окруженного города трамвай стал и грузовиком, и каретой «Скорой помощи», и символом жизни
Чтобы не дать фашистам прицелиться, остановки периодически переносили, а сами трамваи тщательно маскировали. Фото: getmuseum.ruЧтобы не дать фашистам прицелиться, остановки периодически переносили, а сами трамваи тщательно маскировали. Фото: getmuseum.ru
Изменить размер текста:

ПАССАЖИРЫ – РАНЕНЫЕ И ЭКСПОНАТЫ

Еще накануне войны ленинградский трамвай был главным городским транспортом: каждый день по 42 маршрутам курсировало 750-800 поездов, составленных из 1 835 вагонов. Трамвайная сеть насчитывала более 700 километров и охватывала все районы Ленинграда. Немудрено, что 90 процентов пассажиров города предпочитали именно трамвай.

Первым военным летом на фронт отправились четыре с половиной тысячи сотрудников ленинградского Трамвайно-троллейбусного управления. Их места пришлось занять женщинам, подросткам и пенсионерам.

В санитарных трамваях место сидений заняли носилки. Фото: getmuseum.ru

В санитарных трамваях место сидений заняли носилки. Фото: getmuseum.ru

Жителей окрестностей и раненых везли в Ленинград, одновременно шла и эвакуация. Доставлять к железнодорожным станциям оборудование, продукты, сырье и топливо помогали грузовые трамваи. Вагоны везли до пунктов отправки эшелонов не только ленинградцев, но даже экспонаты из коллекции Эрмитажа: для этого трамваи подали прямо на Дворцовую площадь.

Часть трамваев-«американок» переоборудовали в санитарные, чтобы на них отвозить раненых к больницам и госпиталям.

– Салон освободили от сидений, а вместо них появились кронштейны в три яруса – для носилок, – сообщают в Музее городского электрического транспорта. – Дверь разместили в задней части вагона, чтобы было удобнее заносить раненых. В вагонах провели отопление и установили баки с горячей водой, чтобы помогать пострадавшим прямо на ходу.

«ГОРОД СТАЛ ПЕШИМ»

Трамваи – пассажирские, санитарные, грузовые – «бегали» по улицам Ленинграда до конца ноября. К концу первой блокадной осени участились перебои с подачей электроэнергии, повреждения контактной сети и заносы путей. И вот, 8 декабря, регулярное трамвайное движение в Ленинграде прекратилось. Так как официального приказа об отключении электроэнергии не было, большинство трамваев встретило эту весть на линии. Там они и остались до весны 1942-го.

Грузовые трамваи позволили очистить город после зимы. Фото: getmuseum.ru

Грузовые трамваи позволили очистить город после зимы. Фото: getmuseum.ru

– С Московского – до самой Александро-Невской лавры – цепь обледеневших, засыпанных снегом, тоже мертвых – как люди, мертвых – троллейбусов. Друг за другом, вереницей, несколько десятков. Стоят, – писала в своем «Ленинградском дневнике» Ольга Берггольц. – И у Лавры на путях цепь трамваев с выбитыми стеклами, с сугробами на скамейках. Тоже стоят… Неужели мы в этом когда-то ездили? Странно! Я шла мимо умерших трамваев и троллейбусов в каком-то другом столетии, в другой жизни.

В «Блокадной книге» Даниил Гранин и Алесь Адамович описывают 8 декабря так: «Город стал пешим. Расстояния обрели реальность. Они измерялись силой своих ног».

– Рано утром тысячи тружеников осажденного города-фронта, как всегда, устремились к трамвайным остановкам. Но что-то не было видно его на рельсах. А издалека слышался гул орудийной стрельбы, – описывал тот же день начальник ленинградского Трамвайно-троллейбусного управления, «командир блокадного трамвая» Михаил Сорока. – Отчаявшись, люди отправились в путь пешком и кое-где встречали застывшие на рельсах без всяких признаков жизни вагоны.

«Командир блокадного трамвая» Михаил Сорока. Фото: electrotrans.spb.ru

«Командир блокадного трамвая» Михаил Сорока. Фото: electrotrans.spb.ru

На следующий день, по решению горисполкома, упразднили восемь трамвайных маршрутов. Но отдельные вагоны все еще выходили на линию вплоть до 3 января – дня, когда законсервировали все электроподстанции.

– Выходил я в пять часов утра <…> и к девяти часам успевал на завтрак, – вспоминал водитель первого ленинградского троллейбуса Борис Лерман. – После ходили в цех, кое-что делали и ждали обеда и сухого пайка на ужин, а затем таким же путем домой, где ждала меня сестра Нина, чтобы вместе съесть принесенную мною ремесленную еду. И так каждый день. <…> Смертность увеличивалась с каждым днем, морозы крепчали, а народ слабел и умирал. Слабели и мы, ремесленники, особенно я – из-за длительной ходьбы. И уже был не в состоянии проделать этот путь, тем более в такие морозы.

Несмотря на остановку, трамвайщики продолжали трудиться: чинили вагоны, помогали городу в других нужных работах.

«ВДРУГ ВАГОН ОЖИЛ»

К середине лютого февраля 1942-го Ленинград решил во что бы то ни стало возродить трамвайное движение. Приближающаяся весна грозила эпидемией, ведь всю зиму город не убирался. Справиться с этой задачей мог только грузовой трамвай.

Чтобы вновь открыть грузовое и пассажирское сообщение, пришлось восстановить 150 километров контактной сети – почти половину от общей протяженности. Занимались этим сами трамвайщики, большую часть которых составляли женщины: они трудились не только вагоновожатыми, но и слесарями, энергетиками, ремонтниками.

Символично, что именно 8 марта первые трамваи – пока только грузовые – вновь помчались по рельсам. А уже 15 апреля возродили и пассажирские перевозки. Заслышав звонок трамвая, ленинградцы не могли сдержать слез.

– Пассажиров было много, платили за проезд они те же 15 копеек, что и до войны, – вспоминала ветеран 7-го (имени Володарского) трамвайного парка Александра Комарова, которая утром 15 апреля 1942-го вывела на линию трамвай маршрута №7. – Мы и сами тогда были доходяги, и пассажиры были слабые. Мы помогали им войти в вагон, поднимали их, говоря: «Ну, скорее входите. Поехали!». А затем сядешь на свое водительское место и поедешь... Очень все обрадовались, что трамвай пошел. Многие даже плакали от радости.

Вагоновожатые отважно вели трамваи под обстрелами. Фото: getmuseum.ru

Вагоновожатые отважно вели трамваи под обстрелами. Фото: getmuseum.ru

Сначала работали пять маршрутов, но и они позволяли добраться из одного района блокадного города в любой другой всего с одной пересадкой.

– И вот я в кабине, – вспоминала машинист трампарка имени Блохина Ефросинья Агапова. – Тронула ручку контроллера, поставила на первое положение – и вдруг вагон ожил. Не могу передать, что испытала в эту минуту. Вывела трамвай из парка. На остановках входят люди, смеются, плачут от радости. Многие спрашивают: «Сколько же теперь будет стоить билет?». А я тоже смеюсь, и слезы вытираю от радости, говорю: «Все те же 15 копеек, дорогие мои, все те же 15 копеек». Трамвайный звонок – как Победа. Хотя до Дня Победы было еще далеко. И до снятия блокады не близко. Много потом было рейсов. Но тот рейс, 15 апреля, я не забуду никогда, И всегда у меня в памяти лица тех моих блокадных пассажиров.

Машинист Ефросинья Агапова. Фото: electrotrans.spb.ru

Машинист Ефросинья Агапова. Фото: electrotrans.spb.ru

«Командир блокадного трамвая» Михаил Сорок встретил тот день на Невском проспекте (тогда – проспект 25 Октября. – Прим. ред.).

– Вдруг, слышу, откуда-то трезвон. Почудилось? Да нет! Но почему же вагоновожатый, не переставая, жмет на педаль? Уж не случилось ли чего? – писал Сорока. – Конечно, случилось! Меня будто обожгло, когда увидел, как на Невский на малом ходу, беспрерывно трезвоня, медленно выезжал пассажирский трамвай 12-го маршрута. Дорога была совершенно свободной, а заплаканная вагоновожатая все жала и жала на педаль звонка, будто всех звала к себе… Не помню, кажется, я тоже плакал…

БИТВА С ИСКРАМИ

Для немцев запуск трамвая в окруженном городе стал настоящим шоком.

– Над Ленинградом по тучам бегали какие-то странные голубые вспышки. Не ракеты, нет, нечто совсем другое! – рассказывал потом на допросе пленный немецкий артиллерист ефрейтор Фолькенхорст. – «Курт, – сказал я, – что это за странная иллюминация? Уж не собираются ли русские применить какое-нибудь новое секретное оружие?». Курт забрался на крышу блиндажа и долго смотрел в сторону города. «Черт меня возьми совсем, Фолькенхорст! – проворчал он, наконец. – Они пустили трамвай!..». Пустили трамвай? Русские? В Ленинграде, на седьмом месяце блокады?! Я задумался. Зачем же мы мерзли здесь всю зиму? Зачем росли леса крестов на наших дивизионных кладбищах? Зачем мы кричали о неизбежной гибели жителей города, о нашей победе, если они... пустили трамвай?!

Враг отметил трамвайные парки и остановки на артиллерийских картах и стал осыпать огнем. Фото: getmuseum.ru

Враг отметил трамвайные парки и остановки на артиллерийских картах и стал осыпать огнем. Фото: getmuseum.ru

Враг отметил трамвайные парки и остановки на артиллерийских картах и стал осыпать огнем. В одном из обстрелов пострадала и Ефросинья Агапова. Но помощи не просила: стала сама помогать пострадавшим, а потом отвела трамвай в парк.

– Бьют, гады, по остановкам. А я, как только стрелять начинают, наоборот, ходу добавляю, остановки проскакиваю, – вспоминала вагоновожатая. – Пассажиры шум поднимают, невдомек им поначалу, почему вожатый мимо проскочил.

Чтобы не дать фашистам прицелиться и пристреляться, остановки периодически переносили, а сами трамваи тщательно маскировали.

– Буферные фонари оборудовали специальными козырьками, а освещение салона затемнили, чтобы трамваи не были заметны с воздуха в темное время суток, – сообщают в «Горэлектротрансе». – Небольшие вагоны МС в случае необходимости можно было вручную вытолкнуть за пределы обесточенного участка.

Инженеры проявляли чудеса изобретательности, чтобы не дать блокадному трамваю остановиться вновь. Военное командование Ленинградского фронта потребовало ликвидировать искрение: оно возникало, когда токоприемник отрывался от контактной сети. Дело в том, что яркие искры демаскировали город. Избавиться от них могли бы идеальные рельсы и контактный провод, вот только даже в мирных условиях построить такие сложно.

Возрождение трамвайного движения началось с пяти маршрутов. Фото: getmuseum.ru

Возрождение трамвайного движения началось с пяти маршрутов. Фото: getmuseum.ru

Но Михаил Сорока нашел другой способ. Он предложил поставить на моторный вагон два бугеля, соединив их параллельно. Искры сыпаться перестали. Придумали ленинградские инженеры и особую циркуляционную систему охлаждения, которая позволила тяговым подстанциям работать независимо от городского водопровода.

В блокаду в Ленинграде курсировали вагоны дореволюционной постройки с деревянным кузовом, постройки завода «Красный Путиловец» МС и ПС со стальным кузовом, знаменитые «американки» МА и ПА (впоследствии переименованы в ЛМ-33 и ЛП-33). После снятия блокады 27 января 1944-го заработало еще девять пассажирских маршрутов, а к началу победного 1945-го их в Ленинграде было уже 20.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА:

Клавдия Дмитриева, отдавшая трамваю почти 40 лет своей трудовой жизни, стала работать в парке имени Коняшина (первый трамвайный) на третий день войны. Тогда ей было 18 лет – слишком мало для вагоновожатой, пришлось оформиться разнорабочей.

Вагоновожатая Клавдия Дмитриева. Фото: electrotrans.spb.ru

Вагоновожатая Клавдия Дмитриева. Фото: electrotrans.spb.ru

– Пилила и разносила дрова, топила печи в парке и в общежитии, выполняла всякую черновую работу, – рассказывала Клавдия Михайловна коллегам из «Горэлектротранса». – К концу первого года войны все так ослабели от недоедания, что каждую работу старались выполнять сидя. При парке был организован огород, занимались прополкой овощных культур, и считалось большой удачей, если во время прополки удалось оторвать от растущего кочна несколько капустных листьев или съесть сырыми две-три маленькие свеклы. Работы было много, и очень тяжелой: днем приходилось разбирать на дрова деревянные дома, а ночью – дежурить на крыше как боец МПВО.

Учиться на вагоновожатого Дмитриеву отправили только во второй половине 1943-го.

– До полного снятия блокады мне довелось целых два месяца водить трамваи по осажденному городу, – вспоминала Дмитриева. – Трудилась на грузовых трамваях: перевозила дрова, песок, уголь, снаряды. Позднее приходилось перевозить и корма для животноводства, и пленных немцев, которые после войны восстанавливали город. Бывало, что попадала под бомбежки.

Вера Шалова проработала водителем в Леоновском трамвайном парке больше 40 лет. В свой первый рейс она отправилась во время войны. Летом 1941-го Вере Михайловне было 15 лет. Отчим умер первой блокадной осенью: не выдержало сердце. Вера с мамой стали погибать от голода. Тогда девушка отправилась работать. Сначала пекла блокадный хлеб, затем трудилась на складах, раздирая окровавленные фронтовые валенки. А потом попала в больницу с туберкулезом… Выкарабкалась. И стала работать в трамвайном парке, как и мать.

Водитель трамвая Вера Шалова. Фото: electrotrans.spb.ru

Водитель трамвая Вера Шалова. Фото: electrotrans.spb.ru

– Я как из больницы выписалась и чуть окрепла, тоже задумалась: нужно в трамвайный парк имени Леонова определяться, – потом рассказывала Вера Михайловна. – Никогда не забуду имя начальника отдела кадров трамвайного парка – Евгения Станиславовна Милюк. Она не удивилась, что исхудавшая, едва живая девчонка собралась в парке работать. Одно только спросила: согласна ли в кондукторы пойти. «Нет, – отвечала я, – только водителем». «Хорошо, – ответила она, – обязательно будешь водителем, но сначала табельщицей побегаешь, нет у меня сейчас других вакансий».

В июне 1944-го Шалова отучилась на водительских курсах, но права ей не дали: до положенных 18 лет оставался еще месяц. Никогда в жизни Вера Михайловна так не ждала своего дня рождения.

– 27 июля я повела свой комсомольский поезд по 11-му маршруту от Смоленки на Стремянную улицу, – рассказывала ветеран трамвайного парка. – Последнего рейса мы всегда побаивались, ведь был комендантский час. И вот однажды бежит за отъезжающим с конечной остановки вагоном человек. Я остановилась, дождалась его. В вагоне пассажир неожиданно разбуянился. Дескать, куда спешите, день ведь только начинается. Выяснилось, что мужчина привык вставать на работу с государственным гимном: часы-то давно сломались, чинить некогда и негде, поэтому время сверяли по радио. В тот вечер он спал, услышал гимн, который включали по радио и в полночь. Перепутал день с ночью, испугался, что проспал работу, оделся и что есть мочи побежал за уходящим трамваем. Вот ведь юмор. Хочешь – смейся, хочешь – плачь.

КОНКРЕТНО:

Из числа работников Трамвайно-троллейбусного управления Ленгорисполкома:

– 77 человек были убиты на рабочих местах,

– 168 – ранено,

– 106 – контужено,

– 71 человек пропал без вести,

За годы блокады:

– снаряды и бомбы попадали в объекты трамвайной инфраструктуры более 1 500 раз,

– свыше 450 километров трамвайной контактной сети было разрушено,

– пострадало 40 километров кабельной сети,

– было разрушено больше 1 000 трамвайных вагонов.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Жизнь электротранспорта блокадного Ленинграда – в четырех историях

Отправить первый троллейбус в путь могли намного раньше, в 1942-ом. Его планировали запустить… по Дороге жизни. На такую идею Михаила Сороку натолкнул ледовый трамвай, ходивший по льду Невы с 1895 по 1911 год (подробности)

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также